Даруй мне зрети прегрешения моя ...
О ГОРДОСТИ И СМИРЕНИИ
Гордость бывает мирская и монашеская.
Мирская гордость есть та, когда человек гордится перед братом своим, что он богаче или красивее его, или что носит лучшую одежду, или что он благороднее его.
Монашеская же гордость есть та, когда кто тщеславится, что он упражняется в бдении, в посте, что он благоговеен, правильно живёт и тщателен. Случается также, что иной и смиряется для славы. Всё это относится к монашеской гордости.
Рассмотрим теперь, в чём состоят и два смирения. Первое смирение состоит в том, чтобы считать брата своего разумнее себя и по всему превосходнее и, одним словом, как сказали святые отцы, чтобы почитать себя ниже всех. Второе же смирение состоит в том, чтобы
приписывать Богу свои подвиги, – это есть совершенное смирение святых. Оно естественно рождается в душе от исполнения заповедей.
Душа, когда смиряется, тогда приносит плод, и чем более приносит плода, тем более смиряется; так и святые: чем более приближаются к Богу, тем более видят себя грешными.
Смирение есть дело великое и божественное; путём же к смирению служат телесные труды, совершаемые разумно; путь к смирению также – считать себя ниже всех и постоянно молиться Богу; само же смирение божественно и непостижимо.
Если мы, будучи немощными, не можем трудиться, то постараемся смириться; и за малое, совершаемое нами со смирением, будем и мы разделять участь святых, много потрудившихся и работавших Богу.
Непрестанно молящийся Богу если
и сподобился совершить что-либо доброе, знает; почему он совершил это, и не может возгордиться, и не приписывает это своей силе, но все свои успехи относит к Богу, всегда благодарит Его и всегда призывает Его, трепеща, как бы ему не лишиться такой помощи и не обнаружились бы его немощь и бессилие.
Труд смиряет тело, а когда тело смиряется, то вместе с ним смиряется и душа.
преподобный авва Дорофей
Святые и преподобные о страсти уныния и способах борьбы с ней.Святитель Иоанн Златоуст:
Не унывай, не теряй добрых надежд, не впадай в страсть нечестивых.
Тем, которые помышляют о горнем, а не о земном, должно преодолевать не только гнев и похоть и прочие страсти, но и уныние; потому что оно может причинить нам больше зла, чем эти страсти, и с ним должно мужественно бороться тем, кто не хочет совсем погибнуть.
Уныние и непрестанные беспокойства могут сокрушить силу души и довести до крайнего изнеможения. Никогда не будем унывать в скорбях и, увлекаясь своими помыслами, не будем предаваться отчаянию; но, имея большое терпение, будем питаться надеждою, зная благое о нас промышление Господа.Преподобный Ефрем Сирин:
К истреблению уныния служит молитва и непрестанное размышление о Боге; размышление же поддерживается воздержанием, а воздержание охраняется телесным трудом. Если дух уныния будет тревожить тебя, возлюбленный, то не падай, но помолись Господу, и даст тебе долготерпение, а после молитвы сядь и собери свои помыслы и утешай душу свою. Если хочешь препобедить уныние, займись хотя бы ненадолго каким-нибудь рукоделием, или читай, или часто молись.Преподобный Исаак Сирин:
Уныние – от парения ума, а парение ума – от праздности, пустого чтения и суетных бесед или от пресыщения чрева. Преподобный Иоанн Лествичник:
Уныние происходит иногда от наслаждения, а иногда от того, что страха Божия нет
в человеке. Уныние часто бывает одною из отраслей, одним из первых исчадий многословия. Ставшим на молитву сей лукавый дух напоминает о нужных делах и употребляет всякое ухищрение, чтобы только отвлечь нас от собеседования с Господом.
Наблюдай и увидишь, что оно борет тех, которые стоят на ногах, склоняя их к тому, чтобы сели; а сидящих увещевает приклониться к стене; оно заставляет посмотреть в окно кельи, побуждает производить стук и топот ногами. Плачущий о себе не знает уныния. Свяжем теперь и сего мучителя памятию о наших согрешениях; станем бить его рукоделием, повлечем его размышлением о будущих благах.Преподобный Максим Исповедник:
Не оскверняй ума твоего удержанием в себе помыслов похоти и гнева, дабы, отпадши от
чистой молитвы, не впасть в дух уныния. Преподобный Макарий Оптинский:
Мрачность-то духа, хотя и ко искусу посылается иногда, однако все надобно испытать: не за гордость ли посылается? И надобно смириться. Предлагаю совет против уныния: терпение, псалмопение и молитва. Преподобный Антоний Оптинский:
Итак, возлюбленное мое чадо, ни о чем не унывай, а на Бога уповай и старайся при случающихся неприятностях затверживать сие: во имя Господа Иисуса Христа все терплю!
Любезная матушка, всеми силами противься сему лютому диаволу (унынию) молитвою смиренною, удалением от празднословия, чтением божественных книг и терпением во искушениях, и побежит от тебя. К сему говори почаще к унылой душе своей: «Вскую прискорбна еси, душе
моя? И вскую смущавши мя? Уповай на Бога, яко исповемся Ему, ибо Той спасение лица моего и Бог мой!» (Пс. 41: 6).
Замечаешь, что у тебя бывает уныние от большой суеты и от упущения правила, а также от большого понуждения и трудов. Прибавлю к этому: бывает уныние и от тщеславия, когда что не по-нашему делается или другие толкуют о нас не так, как бы нам хотелось. Еще бывает уныние от рвения непосильного. Мера во всем хороша.Преподобная Арсения Себрякова:
Как не унывать душе, когда она останется одна со своими грехами, страстями и немощами? Как ей не унывать, когда она видит в себе только одно зло, одну нечистоту, а сил не имеет выйти
из своего состояния гибели и даже не видит исхода, не видит пути, по которому могла бы выйти? Но когда она обратится к Богу, когда откроется ей бездна милосердия Божия к людям – пути Его благого промысла, спасающего человека погибшего, когда она начнет искать свое спасение в этой бездне милосердия, когда верою в пути Его промысла, неизреченно спасающего нас, уничтожит в себе всякое сомнение, – тогда почувствует и силу, и покой, и утешение. Тогда отойдет от души мрачное уныние, отвалится камень бесчувствия.
подготовила Александра Калиновская
источник: сайт Сретенского монастыря.
Подготовка к Исповеди.
Приготовление к Исповеди заключается не столько в том, чтобы возможно полно вспомнить свои грехи, сколько в том, чтобы достигнуть состояния сосредоточенности и молитвы, при которых грехи станут для исповедника очевидны. Кающийся, образно говоря, должен принести на Исповедь не список грехов, а покаянное чувство и сокрушенное сердце. Перед Исповедью нужно попросить прощения у всех, перед кем считаешь себя виновным.
Книга «Мысли епископа Феофана Затворника о Покаянии» содержит следующие рекомендации святителя по подготовке к Покаянию: «войди в себя и займись рассмотрением жизни своей и всего, что в ней неисправно. Конечно, всякий готов говорить и говорит, что он грешен, и нередко чувствует себя таковым. Но эта греховность представляется нам в нас в виде смутном и неопределенном. А этого
мало. Приступая к Исповеди, надо определенно разъяснить себе, что именно в нас нечисто и грешно и в какой мере. Надо знать грехи свои ясно и раздельно, как бы численно. Для этого вот что сделай; поставь с одной стороны Закон Божий, а с другой – собственную жизнь и посмотри, в чем они сходны, а в чем не сходны. Бери или дела свои и подведи их под Закон, чтобы видеть законны ли они, или бери Закон и смотри, исполнялся ли он, как следует, в жизни твоей или нет.».
Начинать готовиться к Исповеди (говеть) надо за неделю или по меньшей мере за три дня до самого Таинства. Эта подготовка должна состоять из определенного воздержания в словах, мыслях и поступках, в
пище и развлечениях и вообще в отказе от всего, что мешает внутренней сосредоточенности. Важнейшей составляющей такой подготовки должна стать сосредоточенная, углубленная молитва, способствующая осознанию своих грехов и отвращению к ним.
Грехи, исповеданные и отпущенные священником ранее, повторять на Исповеди не следует, поскольку после Покаяния они становятся «якоже не бывшие». Но если с момента предыдущей Исповеди они были повторены, то каяться необходимо снова. Исповедаться необходимо и в тех грехах, которые были забыты ранее, если они сейчас вдруг вспомнились.
Каясь, не следует называть соучастников или тех, кто вольно или невольно спровоцировал грех. Человек в любом случае сам отвечает за свои беззакония, совершенные им по слабости или нерадению. Попытки переложить вину на других приводят лишь к тому, что исповедник
усугубляет свой грех самооправданием и осуждением ближнего. Ни в коем случае не следует пускаться в долгие рассказы об обстоятельствах, приведших к тому, что исповедник «вынужден» был совершить грех. Надо учиться исповедоваться так, чтобы Покаяние в своих грехах не подменять житейскими разговорами, в которых основное место занимают восхваление себя и своих благородных поступков, осуждение близких и жалобы на трудности жизни. С самооправданием связано преуменьшение грехов, особенно со ссылкой на их повсеместность, мол, «все же так живут». Но очевидно, что массовость греха нисколько не оправдывает грешника.
Некоторые исповедники для того, чтобы не забыть от волнения или несобранности совершенных грехов, приходят на Исповедь с их письменным перечнем. Этот обычай хорош, если исповедник искренне раскаивается в своих грехах, а не формально
перечисляет записанные, но не оплаканные беззакония. Записку с грехами сразу же после Исповеди нужно уничтожить.
Ни в коем случае нельзя пытаться сделать Исповедь комфортной и пройти через нее без напряжения своих духовных сил, говоря общие фразы, типа «во всем грешен» или затемняя неприглядность греха общими выражениями, например, «грешен против 7-й заповеди». Нельзя, отвлекаясь на мелочи, умалчивать о том, что действительно тяготит совесть. Провоцирующий такое поведение на Исповеди ложный стыд перед духовником губителен для духовной жизни. Привыкнув кривить душой перед Самим Богом можно потерять надежду на спасение. Малодушный страх всерьез начать разбираться в «трясине» своей жизни способен прервать всякую связь со Христом. Такое устроение исповедника становится также причиной преувеличения им своих грехов, которое отнюдь не безобидно, поскольку приводит
к искаженному взгляду на себя и на отношения с Богом и ближними.
Надо внимательно пересмотреть всю свою жизнь и освободить ее от ставших привычными грехов, например, от сквернословия, когда человек перестает замечать, что произнесение грязных слов – для него уже норма. Неумеренное употребление пива, вина, курение, а то и пристрастие к наркотическим веществам несовместимы с духовной жизнью.
Грехи блуда и прелюбодеяния, легкое отношение к которым «удачно» формируется средствами массовой информации, не являются ничего не значащими грехами! Наоборот, побочные связи женатых людей и распущенность в отношениях с женщинами холостых мужчин – это смертные грехи, за которые в древней Церкви существовали строжайшие наказания. Писание прямо называет их тяжкие последствия: Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи,
ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют (1Кор. 6; 9, 10).
Не надо думать, что убийство нерожденного плода (аборт) также является «небольшим грехом». По правилам древней Церкви сотворившие такое наказывались так же, как и убийцы человека.
Нельзя из ложного стыда или застенчивости скрывать на Исповеди какие-то постыдные грехи, иначе это утаивание сделает отпущение остальных грехов неполноценным. Следовательно, Причастие Тела и Крови Христовых после такой Исповеди будет в «суд и осуждение».
Весьма распространенное деление грехов на «тяжкие» и «легкие» очень условно. Такие привычные «легкие» грехи, как бытовая ложь, грязные, хульные и похотливые помыслы, гнев, многоглаголание, постоянные шутки, грубость и невнимательность к людям в случае их
многократного повторения парализуют душу. Легче отказаться от тяжкого греха и чистосердечно в нем покаяться, чем осознать пагубность «мелких» грехов, ведущих к порабощению человека. Известная святоотеческая притча свидетельствует о том, что убрать груду мелких камней гораздо труднее, чем передвинуть равный им по весу большой камень.
Исповедуясь, не следует ждать «наводящих» вопросов от священника, нужно помнить о том, что инициатива в Исповеди должна принадлежать кающемуся. Именно он должен делать духовное усилие над собой, освобождаясь в Таинстве от всех своих беззаконий.
Рекомендуется, готовясь к Исповеди, вспоминать то, в чем обычно обвиняют исповедника другие люди, знакомые и даже незнакомые, а особенно близкие и домашние, поскольку очень часто их претензии справедливы. Если же кажется, что это не так, то и
здесь просто необходимо принимать их нападки без озлобления.
После того как воцерковление человека доходит до определенной «точки», у него возникают проблемы иного порядка, связанные с Исповедью. Та привычка к Таинству, которая возникает в результате многократного к нему обращения, порождает, например, формализацию Исповеди, когда исповедаются потому что «так нужно».
Сухо перечисляя грехи истинные и мнимые, такой исповедник не имеет главного – покаянного настроя. Это случается, если исповедовать вроде нечего (то есть человек просто не видит своих грехов), но надо (ведь «необходимо причаститься», «праздник», «давно не исповедовался» и т. д.). Такой настрой обличает невнимательность человека к внутренней жизни души, непонимание своих грехов (хотя бы только и мысленных) и страстных движений. Формализация Исповеди приводит к тому, что человек
прибегает к Таинству «в суд и в осуждение».
Очень распространена проблема подмены на Исповеди своих действительных, серьезных грехов грехами мнимыми или маловажными. Человек часто не понимает, что формальное исполнение им «обязанностей христианина» («вычитать правило», «не оскоромиться» в постный день, «сходить в храм») являются не целью, а средством к достижению того, что сам Христос определил словами: По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою (Ин. 13; 35). Поэтому, если христианин постом не ест продуктов животного происхождения, а своих сродников «угрызает и снедает», то это – серьезный повод усомниться в его верном понимании сути Православия.
Привыкание к Исповеди, как и к любой святыне, ведет к тяжелым последствиям. Человек перестает бояться оскорбить Бога своим
грехом, потому что «всегда есть Исповедь и можно покаяться». Такие манипуляции с Таинством всегда очень плохо кончаются. Бог не наказывает человека за такое настроение души, он просто отворачивается от него до времени, поскольку никто (даже Господь) не испытывает радости от общения с человеком двоедушным, не честным ни с Богом, ни со своей совестью.
Человеку, ставшему христианином, необходимо понять, что борьба со своими грехами будет продолжаться у него всю его жизнь. Поэтому нужно со смирением, обращаясь за помощью к Тому, кто может эту борьбу облегчить и сделать его победителем, упорно продолжать этот благодатный путь.
Вячеслав Пономарев «Справочник православного человека. Таинства Православной Церкви»
50 советов и изречений святителя Феофана
Сегодня, в день памяти святителя Феофана Затворника и 200-й год со дня его рождения, портал Православие.Ru представляет избранные изречения и советы Вышенского святителя.
Не говорите: «Не могу». Это слово — не христианское. Христианское слово: «Вся могу». Но не сам по себе, а об укрепляющем нас Господе.
Угрюмая, отталкивающая жизнь не есть Божия жизнь. Когда Спаситель сказал постящимся, чтобы умывались, голову помазывали и причёсывали, то разумел именно, чтобы не угрюмничали.
Враг обычно подбегает и твердит: не спускай, иначе заклюют. Врет он. Лучшее охранение от заклевания — смиренная уступчивость.
О частом причащении ничего нельзя сказать неодобрительного. Но мера в месяц однажды или два раза — самая мерная.
С
одним Евангелием или Новым Заветом можно целый век прожить — и все читать. Сто раз прочитай, а там всё равно всё будет недочитанное.
Следует о житейских делах хлопотать, как о Господнем поручении и как пред Господом. Когда так настроитесь, то ни одно дело житейское не отдалит вашей мысли от Бога, а, напротив, приблизит к Нему.
С весёлыми не знакомьтесь, а с богобоязненными.
Есть люди, кои думают, что расширяют круг свободы в неограничении своих желаний, но кои на деле походят на обезьян, самовольно запутывающих себя в сети.
Когда придет самовосхваление, собирайте тогда все из прежней жизни, чего, по совести, похвалить не можете и завалите этим восстающие помыслы.
https://pravoslavie.ru/76728.html
5 ПРИЗНАКОВ СОВРЕМЕННОГО ФАРИСЕЯ
Фарисей в современном смысле – это человек, который относится к Богу и ближним без души и без любви и при этом превыше всего ставит самого себя, свои добродетели. Можно выделить пять основных признаков фарисея.
ПЕРВЫЙ ПРИЗНАК – это САМОМНЕНИЕ. Оно проявляется в нерадивом исполнении своих обязанностей в семье, на работе, в обществе. Такому человеку легко обмануть жену, подставить начальника, друга, поскольку по своей гордыне считает их намного ниже себя. Он до посинения готов отстаивать свою точку зрения на возникшую ситуацию и категорически отвергает чужое мнение. Поскольку во главу угла поставлено собственное «я», то его отношения с Богом поверхностны. Лишь для виду, чтобы не навредить своей репутации, или в силу традиции человек может ходить
в храм, на богослужения, но он не способен к истинному покаянию и молитве, ибо считает себя самодостаточным.
ВТОРОЙ ПРИЗНАК – ТЕАТРАЛЬНОСТЬ В СЛОВАХ И ДЕЙСТВИЯХ, лишь бы понравиться людям и открыть дорогу к карьерным высотам. Такой человек любит производить эффект, а потому внешнему виду, одежде, прическе, манере поведения и разговора он придает особое значение. Следовательно, сразу малодушничает и доходит чуть ли не до отчаяния, если подвергается тяжелой болезни или получает неожиданную травму. Он тратит много времени и денег на поддержание физического здоровья: посещение фитнес-клуба, бассейна и т. д., однако в то же время очень скупой и торопливый, неизменно жалуется на большую занятость и отсутствие средств, если кто-то другой просит о помощи.
ТРЕТИЙ ПРИЗНАК – ПРЕСМЫКАТЕЛЬСТВО
ПЕРЕД НАЧАЛЬСТВОМ из-за боязни потерять положение или должность. Человек все время показывает, как он всех любит и о всех заботится, но на самом деле думает лишь о самом себе. Чтобы удержаться у власти, не лишиться работы, такой не брезгует клеветой на ближнего; улыбаясь в глаза, в уме уже строит ему козни, выискивает слабые места. Если он имеет доступ к большим финансовым средствам, то никак не обходится без подтасовок, обмана, коррупционных схем, а при потере власти или материальных средств чрезвычайно переживает и тем самым раньше времени губит здоровье и загоняет себя в могилу.
ЧЕТВЕРТЫЙ ПРИЗНАК — ХВАСТОВСТВО СВОИМИ ДОСТИЖЕНИЯМИ И ДОБРОДЕТЕЛЯМИ. Сейчас это очень легко делать через личные страницы в соцсетях. Страница самохвала переполнена личными изображениями, как будто
он центр земли и только вокруг него все вертится. Он любыми способами добивается того, чтобы другие его заметили и поощрили, а награды выставляет напоказ и безмерно ими гордится. Если вознаграждение его обходит и достается другому, то он резко осуждает своего соперника или забывшего о его трудах начальника, а иногда готов мстить за это как злейшему врагу.
ПЯТЫЙ ПРИЗНАК – дотошное ФОРМАЛЬНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ БУКВЫ ЗАКОНА, нежелание ради блага ближнего пойти хотя бы на небольшие уступки, что выдает жестокосердие и равнодушие к другим людям. В то же время в отношении собственной персоны этот человек упорно ожидает уступок и привилегий, и если таковых не получает, то легко делается самым большим врагом того, кого совсем недавно лицемерно превозносил, а может, даже
клялся в верности и любви. Когда фарисейство процветает среди людей, не знающих Бога, — это еще полбеды. Но самое опасное и наиболее разрушительное фарисейство — в духовной среде, среди духовенства и мирян. Не случайно Христос Спаситель громко обличал духовных руководителей израильского народа: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры…» (Мф. 23:13).
Подобные признаки или их начатки каждый из нас может заметить в себе. Но они не должны приводить в отчаяние. Внимательная, неторопливая, тайная, не напоказ молитва, регулярное нелицемерное покаяние, бескорыстная помощь ближним, периодическая откровенная беседа с опытным духовником вырабатывают надежный иммунитет против фарисейства.
архимандрит Маркелл (Павук).
На святом месте
Бог меняет время, а время меняет человека. У каждого поколения людей своя судьба, своя вера, свои отношения, свое воспитание и условия жизни. И разными путями Господь призывает человеческую душу к себе. Чаще всего скорби, болезни приближают нас к Богу. У поэта Аполлона Майкова есть такие строки:
Чем ночь темней, тем ярче звезды.
Чем глубже скорбь, тем ближе Бог.
Всю жизнь я общался с верующими людьми и много видел добра, любви, сердечной теплоты, понимания, сострадания, простоты и детской веры, жертвенности и трудолюбия ради спасения души своей и ближнего. Старшие поколения, перенесшие на своих плечах и в сердцах тяготы жизненных испытаний, уходят в вечность. На смену приходят новые. И среди званных много избранных, живущих по
заповедям Божиим. У человека, который долгое время живет рядом с великой святыней, появляется привыкание к ней. Как не впасть в уныние, если почувствуешь, что вблизи святыни ты стал даже хуже, чем когда жил в суете мирской?
Если мы грешим на святом месте, где постоянно пребывает благодать Божия, то усугубляем свой грех тем, что пренебрегаем святыней. Своим сомнением, леностью, нерадением мы оскорбляем ее и Бога. Человек освящает место, а не место человека, хотя и место помогает человеку в приобретении добрых качеств. Святое место освящает наши труды, помогает осознать смысл своей жизни, подвигает сравнивать ее с тем светом святости, который ее окружает. Святое место помогает смириться, напоминает о Боге, но насильно никого к Нему не ведет.
Когда
я впервые приехал в Пюхтицу, то для меня там все было свято: люди, храмы, природа. Сам дух, пребывающий там, как-то особенно сладко умиротворял душу, ослаблял страсти. Об этом мне тогда говорили и приезжие рабочие-трудники. Я стоял в храме, у самых входных дверей, приютившись в уголке, и видел, как священник, отец Петр Серегин, седой, с суровым, как мне казалось, пронизывающим всех взором, похожий на ветхозаветных пророков, медленно кадил в храме. По лесенке на хоры безшумно поднимались монахини и послушницы. Покаянно пел хор, далеко ввысь уносились голоса певчих… Казалось, что ты уже не на земле стоишь, а на небо вознесся. Но враг, видя, что человек начал молиться, каяться, непременно найдет на него своими помыслами или подошлет человека, работающего ему.
Постепенно благоговение уходит, начинается оценка людей и явлений. Приходит самооправдание, безстрашие, дерзость, окаменелость сердца. А с ними даже неверие. И лишается человек духовного рая. Живет в раю земном. Это происходит потому, что мы еще носим в себе ветхого человека со всеми его страстями и похотями. Мы не истребляем в себе осуждение ближних. Мы «не бываем у себя дома, как в душе своей», по образному выражению святого Иоанна Кронштадтского, а часто рассеянно бродим по стихиям мира, окраденные врагом нашего спасения. Мы не оцениваем своих слов, поступков, не боремся воздержанием со своими страстьми, как надлежало бы бороться. Жалеем себя, ищем покой телу, жаждем земных, плотских удовольствий.
В святой источник Пюхтицкого монастыря вначале я окунался постоянно, а потом все реже
и реже. Наконец почти перестал ходить, хотя и знал, что в нем совершалось и совершается множество исцелений по вере людей. Я вдохновляю паломников идти на источник, а сам в стороне стою — духа не хватает опуститься в холодную воду. Почему так? Да потому, что вера слабеет.
Один известный русский поэт писал о святынях Палестины: «О, если б я мог упасть на горячий песок и землю обнять ту святую. / Один, где Спаситель Отца умолял, где чашу он ждал роковую». И вот приехал человек на святую землю, упал на горячий песок, пролил слезы. Один день, второй, третий… А враг-завистник, видя все это, зашепчет ему, как Ева в раю: «Может быть, это не то место, где Спаситель Отца умолял.
Может, и камни не эти, и деревья».
Если не бороться с помыслами, то горе тому человеку — пленит его враг сомнением и окамененным нечувствием. Уйдет из души умиление, вера начнет угасать. А внешне все будет хорошо, потому что он продолжит соблюдать правила, посты, жить на святом месте. Везде надо быть на страже своей души, своей веры. Необходимо возгревать себя постоянным напоминанием о святости того, что тебя окружает. Везде нужна борьба со своим ветхим человеком. И везде нужно призывать на помощь Бога, Царицу Небесную и святых Угодников Божиих.
Сказано: «Не все в монастыре спасутся, и не все в миру погибнут». Спасает не место или одежда — спасает Господь. Но бывает и так: приходят женщины, к примеру,
в монастырь, поживут, поработают, а потом жалуются, что нет молитвы, нет того умиления и чувства близости Бога, которые были у них, когда они жили в миру. Жалуются, что чувствуют как бы опустошение. Иногда посещает не только духовная пустота, но и телесные болезни.
Причина всему этому в том, что там, в миру, с ними все-таки была призывательная благодать Святого Духа, которая дается всякому грешному человеку втуне, незаслуженно, за крестные страдания Господа Иисуса Христа. Писание говорит о жизни в миру: «Где умножается грех, преизобилует благодать». Благодать окружает подобно свету, воздуху, защищает, умудряет, просвещает ум, освящает сердце и умиляет его. Когда Бог загонит Свою овечку в стадо, закроет за ней двери, то сокроется от нее. И теперь она должна зарабатывать
благодать своим трудом. Терпением, смирением, безропотным послушанием. Это уже трудовая благодать, которая уйдет с душой в вечность. Теперь Господь только наблюдает за ней, но уже не ведет, как в миру, за руку. Оттого и тоскует по Бозе душа наша.
И потому мы знаем, что «блаженны не званые, а избранные». Званы мы в крещении все, но избрание достигается молитвой, добрыми делами, постом, терпением скорбей и болезней. Благодать может отступить от уже призванного человека, особенно живущего на святом месте. Благодать может отступить и для того, чтобы человек смирился. Преподобному Силуану Афонскому однажды было сказано: «Держи ум твой во аде и не отчаивайся!» И преподобный внял этим словам.
иеродиакон Никон Муртазов
Возьмем для примера хотя бы один день из жизни своей и сосчитаем, что сделано и что не сделано вопреки закону Божию и нашей собственной совести. Все мысли, намерения, мечты, предположения, которые непрестанно роятся в нашем уме; все желания, стремления, влечения, которыми живет наше сердце, – все это плод свободной деятельности нашей души и все это подлежит отчету перед Судией Сердцеведцем.
Вспомним и все слова свои, ибо за каждое праздное слово, которое рекут люди, придется давать ответ в День Судный. И какой же тяжкий долг составится из одного прожитого дня! И насколько же великим составится этот долг в продолжение всей прожитой жизни!
Не имея чем заплатить свой долг, должник из притчи падает пред государем и умоляет, чтобы он потерпел его.
Так надобно поступать и нам, грешным, если желаем очиститься от грехов своих.
Сами по себе мы не можем загладить своих грехов. Только живая вера в Господа нашего Иисуса Христа, пострадавшего за грехи наши, одно живое упование на силу Креста Его, одно искреннее раскаяние во грехах своих, одна молитва сердца сокрушенного и смиренного – могут загладить тяжкую вину грехов наших и оправдать нас благодатию Христовой
— архимандрит Кирилл (Павлов)
— архимандрит Ефрем, Филофейский и Аризонский
Игумен Никон Воробьёв: «Необъятная вселенная создана Богом – каково же могущество Божие?! Все во вселенной в целом и в ее частях (напр., в человеческом организме) находится в дивной гармонии – какова должна быть премудрость Божия?! Если все гармонично в мире, созданном Богом, то должна быть гармония (т. е. соответствие) и в свойствах Божиих. И каково могущество Божие и премудрость Божия, таково и “сердце Божие”, то есть любовь Божия.
Эту непостижимую любовь мы и видим в воплощении Сына Божия Господа Иисуса Христа, в принятии оплеваний, заушений, всяких оскорблений и, наконец, распятия. Непостижима, бесконечно велика любовь Божия. Весь Ангельский мир пришел в смятение, видя воплощение и распятие Творца мира из любви к падшему роду человеческому.
Апостол Иоанн утверждает
Духом Святым, что «Бог есть Любовь» (1 Ин.4:8), а не только имеет любовь, хотя и бесконечно великую. «Любовь же все покрывает» (1 Кор.13:7), по слову ап. Павла. Покрывает она и наши грехи, недостатки, немощи, нетерпение, ропотливость и прочее.
Стоит только верующему во Христа осознать свои немощи и грехи и попросить прощения, как любовь Божия очищает и исцеляет все раны греховные. Грехи всего мира тонут в море любви Божией, как брошенный в воду камень.
Не должно быть места унынию, безнадежию, отчаянию! Господь соединил с Божественною сущностью природу человеческую, омыл Своею кровию грехи всего верующего человечества, усыновил Себе падших людей, вознес на небо, сделав причастниками Божественной жизни и радости, радости навеки.
Здешние земные скорби, болезни,
тяготы старости будут радовать нас в будущей жизни. Если Господь страдал за нас, то как нам не быть хоть в малой мере участниками страданий Христовых?! Душа наша, образ Божий, живущий в нас, желает быть причастником страданий Христовых, только наше малодушие и немощь боятся их, хотя силы, может быть, и хватило бы на терпение.
И вот Господь из любви к нам посылает по силе каждого невольные скорби и болезни, но дает и терпение их, чтобы сделать и нас участниками Своих страданий. Кто здесь не страдал Христа ради, того будет угрызать совесть в будущем веке, – ведь можно было показать свою любовь ко Христу терпением скорбей, и не сделал этого, стараясь уклониться и избежать всяких скорбей. Совесть будет угрызать
нас, что не ответили взаимностью на любовь Божию.
Будем же благодарить от всего сердца Господа за все, что угодно будет Ему послать нам. Не во гневе, не для наказания посылает нам Господь скорби и болезни, а из любви к нам, хотя и не все люди и не всегда понимают это. Зато и сказано: «за все благодарите» (1 Фес.5:18). Надо всей душой предаться благой воле Божией, спасающей нас, любящей, желающей через малые скорби земной жизни привести к вечному блаженству, в славу чад Божиих.
Сие буди, буди со всеми нами. Аминь».