Next.

После 1945 года Европа допустила похожую ошибку, что и Русь в XVII столетии, когда передала США функцию мирового гегемона и гаранта безопасности.

Она делегировала силу, но сохранила иллюзию культурного контроля.

Это решение имело рациональные основания — истощение, травму, страх перед новой войной.

Но стратегически оно воспроизводило ту же схему инструментализации.

Европа видела в США не полноценного автономного субъекта, а функцию поставщика безопасности, менеджера глобального порядка и «силового крыла» либеральной цивилизации.

Американцам позволили накопить беспрецедентную военную, финансовую и технологическую мощь, успокаивая себя мыслью, что они останутся «нашими» — культурно, морально, идеологически.

Как и Киев по отношению к Московии, Европа переоценила силу собственного культурного магнетизма.

США, в отличие от послевоенной Европы, не утратили имперской воли.

Они не восприняли роль охранителя как служебную. Они постепенно осознали себя центром мира.

И когда интересы Европы и Америки начали расходиться, выяснилось, что монстр больше не слушается создателя, потому что создателя уже нет.

Есть лишь клиент.

А этого клиента нужно держать в покорности и не давать ему возможности вернуть субъектность.

Отношения Русь—Московия и Европа—США похожи на структурную изоморфию.

(Изоморфизм в политике — это процесс, при котором политические институты, структуры или организации становятся похожими друг на друга)

США стали идеальной мишенью для применения московского алгоритма, имея открытые элиты, культ лоббизма, сакрализацию рынка и политический плюрализм без экзистенциальных границ.

Россия, в свою очередь, является идеальным инструментом США для давления на Европу и её дестабилизации ради продажи ей «услуг безопасности» и эксплуатации европейских технологий и научных ресурсов.

Московия не воюет с США — она использует их против Украины, против Европы (как и США используют Россию против Европы), и, в конце концов, против самих США, подрывая доверие к институтам, элитам и смыслу лидерства.

Как указывал Маркс, говоря о «макиавеллизме раба» Московии, сила врага подтачивается самим фактом её использования.

Россия, действуя по своему привычному алгоритму, использовала существующую политическую конструкцию, подрывая европейские общества изнутри, коррумпируя элиты, радикализируя политические крайности и инструментализируя сами США против Европы и Украины (так же, как США инструментализирует Россию против Европы — так что здесь, скорее, можно говорить о сотрудничестве).

Как показывает Маркс, экспансия Московии всегда направлена не только на пространство, но и на форму политического бытия.

Республика — главный враг россии.